На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

БЕЗ КАБАКОВА НЕЛЬЗЯ

Павел Басинский / "Русский курьер", 21.08.2006

Было время, когда начало нового литературного года совпадало с календарным. Тогда он начинался с первых номеров журнала "Новый мир" и "Литературной газеты". По тому, что в них печатали, становилось понятно: ничто в литературе не меняется. Можно спокойно доставать из наволочки переплетенный вручную ксерокс "Архипелага ГУЛАГ" или "Конца прекрасной эпохи" и погружаться в призрачный мир духовной свободы в условиях тотальной социальной необходимости.

В это блаженной памяти время все читали примерно одно и то же. Если не "ГУЛАГ", то "Прощание с Матерой". Не "Прощание с Матерой", так "Альтиста Данилова". Не "Альтиста Данилова", так "Ягодные места" (забыли? Роман Евг. Евтушенко).

Здесь было колоссальное преимущество перед нынешним временем. Когда все читают одно и то же, то и обсуждают одно и то же и как-то худо-бедно между собой о чем-то договариваются. Литература была областью общественного договора. На этой территории снимались разного рода социальные недопонимания, недоговоренности, от которых шаг к социальным конфликтам. Забавно, что социальные конфликты начались аккурат в то время, когда в литературе был объявлен "раскол". Так начались 90-е годы - и в культурном, и в политическом пространстве. И что тут было первично, одному Богу известно.

Сегодня все читают разное. Если два или три человека в вагоне метро читают одну книгу (что почти невозможно), знайте: перед вами представители определенной литературной секты. Например, это двое или трое, собравшиеся во имя Бориса Акунина. Оксаны Робски. Мураками. Радзинского. Иванова-Петрова-Сидорова. Если свести двух представителей разных литературных сект, они посмотрят друг на друга мутными от непонимания глазами и побегут к своим.

Вот и мой обзор главных событий прошедшего годового литературного сезона (а сейчас он начинается осенью и заканчивается весной, когда зеленеют дачные грядки и раскрываются пляжные зонтики) будет отрывочным. Я бы даже сказал, "ячеистым".

Писатель года

Я, разумеется, прекрасно понимаю, что мнение мое субъективно и что "писателей года" у нас ровно столько же, сколько читателей года. Но взвесив все за и против, не могу не остановиться на одном имени - пермском прозаике Алексее Иванове. В нынешнем году он как бы допечатывал свои ранние вещи, невольно выстраивая литературную хронологию наоборот. Следить за этим было любопытно, а последняя его книга - "Земля-сортировочная", включающая самые ранние вещи, - окончательно убедила меня, что Алексей Иванов это литературный феномен с очень серьезным будущим.

Тут вот что важно. Не один только талант. На одном таланте сегодня не выедешь. Тут важен идеальный баланс "книжности" и "жизненности", провинциализма и столичного промоушена, литературного мастерства и адаптированности этой прозы к экранизации... И многое, многое другое. В Иванове как-то все сошлось. Преподаватель искусствоведческого факультета и инструктор по таежному туризму. Книжный червь в круглых очечках, потомственный интеллигент из семьи инженеров-кораблестроителей, наивный провинциал, честно признающий, что Аксенова никогда не читал, и крепкий уральский орешек, которого на столичный понт не возьмешь. Занятный, в общем, тип. Посмотрим...

Премия года

От количества всевозможных литературных премий все немного подустали. Большая страна уже смирилась с тем, что где-то там, в столице, какие-то писатели делят какие-то десятки тысяч баксов, которые среднему провинциалу за всю жизнь не заработать. В свою очередь эти самые столичные писатели уже знают, что эти десятки тысяч баксов их проблем не решают, зато злобы и зависти вокруг них добавляют. Поэтому особого ажиотажа вокруг премий сейчас не наблюдается. Дают - бери, а не дают - не переживай.

Премию "Поэт" после Александра Кушнера получила Олеся Николаева. Теперь ни один ненавистник Анатолия Чубайса (спонсора премии размером в 50 000 долларов) не сможет упрекнуть его в нелюбви к русскому народу и православию, ибо Олеся Николаева - православный поэт. Впрочем, на мой вкус, и хороший поэт. Так что все в выигрыше: Чубайс, поэзия и духовность. Ура.

Но главной премией года безусловно является объявленная в начале года "Большая книга". Поделенная на три премии, она в общей совокупности составляет 5, 5 миллиона рублей. Переведите в доллары, в фунты стерлингов и - возрадуйтесь, братия! Мы, наконец, и здесь впереди планеты всей.

Мне показалось, что поначалу писатели даже не врубились в то, что происходит, и первые кулуарные телодвижения вокруг будущих наград были какие-то вялые. Но вскоре все приободрились, и началась серьезная схватка, в которой вполне естественно победило среднее поколение, поколение сорокалетних. Практически все пятнадцать членов "короткого списка" это сорокалетние. Для приличия включили туда Наума Коржавина, живущего на скромную пенсию в Бостоне. Но главные деньги будут рвать зубами парни и девчата среднего поколения, в меру опытные и в меру сильные. Молодежь и стариков они выбросили на обочину. Оно и понятно. Акела промахнулся, а детки подождут.

Провал года

Вне всякого сомнения, это "ледовая трилогия" Владимира Сорокина. Знаменитый эстет и имморалист решил стать "нравственником" и чувства добрые в читателях пробуждать. Правда, ради пробуждения этих чувств он нудно живописует на сотнях страниц, как ледовыми молотками людям крошат ребра, но изначальный посыл у Сорокина был действительно добрый. Любовь. Человечность. Нежность. И т. д.

Читать это без скуки невозможно. Эдакий маркиз де Сад, который устроился воспитательницей в детский сад. Именно де Сад, а не Дон Жуан. Скучный, нудный моралист де Сад. Таким стал Владимир Сорокин. А зачем? Стареет, наверное, о душе задумался... Это правильно. Но литература тут ни при чем.

Несправедливость года

Оксане Робски вручили "Серебряную калошу". То есть наградили за самое безвкусное творчество, за китч, за эстетический провал. Неправда! "Калошу" должен был получить Владимир Сорокин. А Оксана Робски, скажу вам тихо, по секрету, чтобы другие критики меня не услышали, блестящий стилист.

Говорят, что за нее пишут какие-то "негры", редакторы. Ну и что? Совокупность этих негро-редакторов под именем "Робски" является блестящим стилистом. Хороший стилист не тот, кто пишет вычурно и "изячно". Хороший стилист тот, кто одним стилем описывает разноположные вещи. Бутик и убийство беременной женщины. "Мерседес" и слезы вдовы. Хороший стилист не обязательно большой писатель. Оксана Робски писатель не большой, но стилист отменный.

Прогнозы будущего сезона

"Большие книги" получат Ольга Славникова, Дмитрий Быков и Александр Кабаков. Первые двое уж больно напористы, а без Кабакова премий у нас вообще не дают. Без Кабакова нельзя.

Владимир Сорокин напишет, например, духовную оду. Впрочем, какая разница?

Новый роман Алексея Иванова будет синтезом триллера, фэнтези и крестьянского реализма.

Оксана Робски подаст на всех в суд и докажет, что пишет свои вещи сама. Ей все равно не поверят.

Борис Акунин напишет сценарий для интернет-мультфильма. Серьезно.

На Московской международной книжной ярмарке в начале сентября от людей яблоку негде будет упасть. Но это не потому, что у нас так любят чтение. Просто места в павильонах недостаточно. Тесно-с!

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100