На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

ЗАКОЛДОВАННЫЙ КРУГ ЧТЕНИЯ

Елена Дьякова / "Новая газета", 21.08.2006

«Круглый стол» Российского книжного союза был спокоен и конструктивен. Но тема — в стиле SOS: «Россия без книг: вызовы XXI века». Число людей, постоянно читающих книги, снижается в РФ на 1% в год. Число людей, никогда не читающих книг, растет на 2% в год. 90% книг, выходящих в России, не попадает в библиотеки. В первую очередь это относится к книгам «специальным» и качественным.
      
       «Круглый стол» открыли социологи Ирина Палилова («Левада-центр») и Валерия Стельмах (фонд «Пушкинская библиотека»). В 2005 году к «постоянно читающим» причислили себя 23% респондентов. Читают от случая к случаю 40%. Никогда не читают книг 37% граждан России. (А из прежних публикаций «Левада-центра», из работ Бориса Дубина и Льва Гудкова по социологии чтения в России мы знаем: в 2003 г. «активно читающих» в России было 26%. Не читающих вовсе — 34%. В 1995 г. в России было 10% семейных библиотек «от 500 томов и выше». В 2005 г. таких семейных библиотек осталось 4%.)
       Но четвертая часть страны еще читает. Что же именно? Из 23% «книжников» 24% предпочитают женский детектив, 18% — «русские триллеры». Современную отечественную прозу выбирают 5%, переводную — 4%.
       Еще цифра (возможно, самая грустная): из 23% читающих лишь 20% обращаются к книгам по специальности. При пересчете «на всех»: технические, медицинские, юридические и др. новинки в России нужны 4,5% населения.
       Хотя живем вроде как в эпоху системной модернизации всего и вся.
       Цифры говорят: «Россия в апгрейде» есть. Только она очень маленькая.
       И разница потенциалов «России в апгрейде» и «России в обвале» растет.
       В библиотеки сегодня ходят 20% населения России. (В Москве — 11%.) 40% их «советских» книжных фондов совсем не пользуется спросом. Зато 90% выходящих сегодня в России книг не попадает в государственные библиотеки.
       И чему удивляться? В стране 130 тысяч библиотек. Тиражи качественных книг от 1 тыс. до 5 тыс. экз. «Специальных» — от 200 до 2000. Уже в 2001 г. 35% новинок имели тираж до 500 экз. И лишь 2,3% — тираж свыше 50 тыс. экз.
       Эта тенденция еще в силе. Она меняет саму структуру сознания нации.
       В 1960 — 1980-х хорошо действовал Межбиблиотечный абонемент — МБА. Аспирант тратил на выписку научной периодики по МБА 1,5% стипендии. Сейчас пересылка книги по МБА обходится дороже, чем ее покупка.
       Уже не важно: отсутствие спроса на качественную книгу убило предложение или отсутствие предложения убило спрос? Наверное, в 1992—2006 гг. мы прошли обе стадии.
       Сейчас важнее другое: как исправить ситуацию?
      
       В Москве и Петербурге картина «книжного мира» сильно улучшилась по сравнению с 1990-ми. По числу названий новоизданных книг Россия вышла на четвертое место на планете (после Великобритании, США, Китая). Совокупное число книг, изданных в России в 2005 году, — 95,5 тыс.
       Магазины «внутри Садового кольца» и Рунет-2005 радуют. Нужен «Китай управляемый. Старый добрый менеджмент» В.В. Малявина? Есть. Только книга крупнейшего китаеведа о конфуцианской основе экономического чуда вышла тиражом 1000 экз. Нужна редкость — «Жизнь Божией Матери в видениях Анны Катарины Эммерик»? И она есть.
       «Эйдосы» книг создаются. Но витают далеко от почвы.
       И от привычного, уже почти естественного для нас сужения тиражей «в точку» мы не замечаем, что вне Москвы исчезает и «черный хлеб» знания.
       Уже в губернском городе С. на великой реке В. в книжных скучно, как при Брежневе в мясном. (Зимой 2006-го спрашивала «Архипелаг ГУЛАГ» и сказки Киплинга. Нет их в «миллионнике».)
       А 60% сограждан живут в городах с населением меньше 100 тысяч и на селе. Туда сеть книжной дистрибьюции не протянута вовсе. Налоговые льготы на пересылку издателями книг есть в Германии и во Франции. На «одной шестой» — нет.
       Евгений Кузьмин, вице-президент Российской библиотечной ассоциации, рассказывал на «круглом столе» РКС об акции «Открытой России», создавшей 60 модульных библиотек на селе. Каждая из них (помимо ремонта и интернеаа) получила новый книжный фонд. 2000 томов.
       Посещаемость сельской библиотеки под Торжком, получившей все эти блага, выросла в 25 раз. Туда приезжали не только из соседних сел, но из Торжка и Твери.
       Предложение качественной книги возродило спрос на нее в масштабе уезда.
       Программа «Открытой России» прервана. Аналогов нет.
      
       Проблема чтения, проблема тиражей, проблема распада «информационного поля» в стране системна, как кубик Рубика. В ней много аспектов. Но все жестко увязаны. На «круглом столе» педагоги говорили: старшеклассники стали не только хуже читать, но и хуже понимать прочитанное. В том числе — учебники физики, химии, математики.
       Виктория Шмидт (Институт коррекционной педагогики РАО) возразила коллегам: в Москве есть лаборатория, занятая этой бедой. Есть методики. Они опубликованы.
       Но ведь при мизерных тиражах информационное поле страны распадается!
       Вот упразднен журнал «Детская литература». Он имел тираж 80 тыс. экз. Из них 60 тыс. автоматически поступали во все школьные библиотеки СССР. Новинки педагогики там аннотировались.
       Нет журнала с 2000 года. На нем сэкономили. Идеи не доходят до учителей при тиражах «спецлитературы» в 500 экз.
       Но если методики не востребованы, зачем же лаборатория? Завтра сэкономят на ней?
       С 1992 года мы привыкаем к такому образу державной мысли. Вот и зреют его плоды.
       Последствия «плохого понимания учебников физики» обсуждать нужно?
       Еще одна тема «круглого стола»: сужается «круг чтения» — падает грамотность. Падает грамотность — падает конкурентоспособность страны. В начале 1990-х, когда в Россию пришли международные «тесты грамотности», мы были в первой десятке.
       Сейчас — в четвертой.
       Британия, Германия, Франция, США достигли «поголовной грамотности населения» на полвека раньше России. И сама «конкурентоспособность» их объясняется качеством населения.
       Тем не менее Франция, Германия, Великобритания, Италия, США приняли в 1990-х «Национальные программы развития чтения». России такая программа еще нужнее.
       Есть много конкретных методик. «Социальная реклама» чтения. Региональные стандарты наполнения «малых» и школьных библиотек. Целевые «библиотечные» тиражи, оплаченные государством или меценатами. Возрождение книготорговых сетей в провинции. Льготы издателям (хотя бы таким, как «РОССПЭН», «НЛО») на пересылку книг по России. Отчисление денег из платы за учебу на пополнение вузовских библиотек, как это делают в США. (Год учебы в Принстоне стоит семье студента 33 тыс. долларов. Но семья получает отчет: на что истрачены деньги. 8 тыс. долларов из 33 идут в пользу библиотеки Принстона.)
       А есть «мировые практики» ангельски простые. В университетских городках США родители младшеклассников по очереди приходят в класс, где учатся их дети. Приходят, чтобы прочесть всему классу вслух любимую книжку своего детства.
       Какая легкая, радостная и мудрая «общественная работа»! Готовая идея народного движения.
       К «Национальной программе развития чтения» «Новая газета» еще вернется.


На «круглом столе» «Россия без книг» был Владимир Войнович. Вот его мнение. Писатель (как всегда) скептичен и во многом точен.

  У чтения сейчас много конкурентов: кино, телевизор, а теперь и компьютер с интернетом. Человек поглощает колоссальное количество информации. Прежде ее в таких количествах не было.
       Инструкции к ноутбуку, мобильному телефону: чтение или не чтение?
       А сколько времени съедает их освоение! И какие бездны открывает.
       Сам я начал читать в восемь лет, когда жил в глухой деревне, занесенной снегом. Конечно, не было ни телевизора, ни кино, ни компьютера с интернетом. А книги какие-то были. Начал — и втянулся. А будь у меня там компьютер — стал бы я страстным читателем? Не уверен…
       В Америке я часто встречал людей высокообразованных, которые почти не читали. В Принстоне у меня был замечательный студент — математик, но его увлекала русская литература. Как-то он рассказал: «Мы собрались, десять приятелей (я так понял, что все студенты были его уровня, то есть блестящие), и застряли на вопросе: есть ли хоть одна книга, которую мы все читали?».
       И у нас идет тот же процесс. Очевидно, надо привыкать. С этим нужно бороться, но полностью победить нельзя. Как преступность. Хотя я не призываю сложить руки.
       Но вот что важно: человек на Западе не читает стихи и романы, потому что ему приходится очень много читать по специальности. Все врачи, которых я знал в США, постоянно читали что-то по своей профессии.
       Это условие конкурентоспособности. Не будешь следить за новым — быстро выкинут из профессии. Поэтому «быть в курсе» для американских врачей — норма. И хороший тон.
       И так не только в медицине. Во всех профессиях.
       …Что можно реально сделать, чтобы вернуть интерес к чтению? В Германии придешь в любой книжный магазин, в самом маленьком городке — есть обязательно каталоги. Каталоги издательств и сводный каталог по всей Германии. Если книги в магазине нет, ее можно заказать. Она обязательно будет на другой день.
       Пусть у нас — с учетом размеров страны и прочего — посылка придет не за день, а за пять. Но мне кажется, что построить такую сеть вполне реально. И не так дорого.
       Этим может заняться государство. А могут мощные издательства, такие, как «ЭКСМО».
       По-моему, это разумнее, чем рассылать книги по стране наугад. И проще, чем система «Книга — почтой».
       Еще я хочу сказать, что детей надо приучать к чтению рано. Как к игре на скрипке. Позже плохо получается.
       А вообще тут тосковали по временам, когда дети читали под одеялом с фонариком.
       Очень правильный психологически способ: запрещать им книги! Но дарить фонарики.

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100