На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

ЮННА МОРИЦ – ЭТО ВАМ НЕ ЗА СОСИСКАМИ

Евгения Коробкова / «Вечерняя Москва», 15.05.2014

14 мая при аншлаге в книжном магазине «Москва» на Тверской прошла презентация «Сквозера» - новой книги Юнны Мориц.

«Вот такую очередь можно только приветствовать. Это вам не за сосисками», - уважительно комментирует пользователь Iosif Polo фотографию, выложенную в Фейсбук, и ставит еще один лайк.
Вряд ли еще какая очередь соберет столько лайков, как эта длиннющая колонна, под плакатом «У нас в гостях Юнна Мориц». Молодые и старые, приехавшие из Челябинска и из Митино, с затесавшимся писателем Феликсом Медведевым и художником  Робертом Габитовым из Петербурга – и все - с яркими оранжево-красными томами в руках.
В среду, 14 мая, при аншлаге в книжном магазине «Москва» на Тверской прошла презентация «Сквозера» - новой книги Юнны Мориц.

- Сквозеро – это «озеро прозрачное насквозь», - но лучше об этом прочитать в стихотворении, - предупреждает специалист по связям с общественностью издательства «Время» Дмитрий Гасин.
Сама автор рекомендует свое детище как «отличный антидепрессант и противозанудное устройство»:
– Сейчас все говорят о том, как ужасно жить в России, как нам должно быть стыдно и все такое прочее. От этого занудства нужно спасение. Я постаралась заключить его в стихи. Думаю, читатели это почувствуют.
Кажется, читатели чувствует. Очередь из трехсот человек - совсем не злая, как обычная очередь. Медленно двигаясь за автографом, она поет и насвистывает, как знаменитый резиновый ежик. И еще – читает красно-оранжевые тома и хихикает над названием одного из разделов книги – «Ужасные стихи».

- За этот раздел я благодарна своим читателям-ругателям, - поясняет Юнна Петровна, - некоторые мои стихи часто поливают грязью и говорят, что они ужасные. Самые ужасные я объединила в этом разделе.
Не будь, Россия, страной-тарелкой,
Разбитой вдребезги подлой сделкой, -
Страной осколков, отдельно взятых
В разъединенных российских штатах.

- Думаю, я открыла жанр ужасных стихов. Со своей поэтикой, ритмикой, - шутит Мориц.
По ее мнению, работать в литературе без чувства юмора никак нельзя: слишком тяжелая эта стезя.

- В советское время меня осуждали за то, что я поэт нерусский и все во мне чужеродное. А сейчас - упрекают в том, что я очень русский поэт. Что я патриот, а патриотом сегодня быть отвратительно...

- Подпишите Даше, - потягивает книгу «Крыша ехала домой» молодая женщина.

- А сколько лет Даше? – интересуется Юнна Петровна.
- Четыре.

«Даше на веселую, интересную и красивую жизнь. С любовью Юнна Мориц», - выводит автор черной капиллярной ручкой.

Благодарная читательница ставит на стол букет незабудок: "Спасибо, Юнна Петровна".
Стол поэтессы окружен не только людьми, но и целой поляной цветов. Кроме незабудок здесь сирень, букетик ландышей, полевые ромашки ( "Какие цветы вы любите?" - "Я люблю маленькие цветы").

- Здравствуйте, я Надежда, у вас в друзьях на Фейсбуке, - рекомендуется женщина в желтых очках и повязке вроде авоськи на голове. - Напишите, Надежде, будущей поэтессе,

- Нет, не диктуйте мне. Ничего и никогда, - строго осекает Мориц.

На часах половина одиннадцатого. Очередь не становится меньше.

- Презентации Юнны Мориц всегда такие, - говорит вздыхает Дмитрий Гасин, - я называю их «презентациями-которые-нельзя закончить».

Корреспондент "ВМ" подходит к Юнне Петровне двухсотпятидесятым.

- Как вас зовут? - интересуется поэтесса, внимательно посмотрев мне в лицо.
- Кем вы работаете?

На секунду задумывается и тем же ровным почерком, словно ничуть не устала за три часа, пишет на форзаце.

- Ну, ну, что там? - интересуется старушка в хвосте, когда я с заветным томиком иду мимо нее к выходу.
«Евгении. Нет ничего ценнее вашей жизни. Поэтски. Юнна Мориц», - показываю я.
- На этих автографах можно гадать, - заговорщически шепчет бабушка... Они же не повторяются...
- Уникальны, как и ее стихи, - подтверждает Гасин.  Каждому она пишет свое, уникальное пожелание. Никогда не подписывает книги анонимно.


Из ответов Юнны Мориц на вопросы читателей:

- В советские времена вас почти не печатали. Как вам удавалось справиться с депрессией?

- Пережить тяжелые времена мне помогали люди старшего поколения и бывшие узники ГУЛАГа. Мы ждали их возвращения и, бывало, собирались в пять утра на вокзале, чтобы встретить. Это были замечательные люди: египтологи, специалисты по реставрации икон, специалисты по древним языкам... Они ничего не забыли и были готовы работать дальше. Они не любили расспросы о кошмаре, который пережили. И они ценили во мне то, что я слушала их рассказы о любви к мировой культуре, которая их спасла…
В мировой культуре случались невероятные вещи. Сервантеса, например, не печатали пятьсот лет. Лопе де Вега советовал королеве спалить Сервантеса на костре, а жена Сервантеса ушла в монастырь, потому что не было денег на еду. Мировая культура учит мудрости и дает силы понять то, что происходит.

- Вы больше взрослая или детская поэтесса?

- Я не разделяю свое творчество таким образом, а совмещаю. Собственно говоря, я не стала бы поэтом для детей, если бы не осталась в «черном списке», куда угодила после публикации стихотворения «Памяти Табидзе». Меня нигде не печатали, пока журнал «Юность» не поинтересовался, нет ли у меня чего-то еще , кроме взрослых стихов. Они открыли страницу «Для младших братьев и сестер». И в 1963 году там появились мои стихи, которые теперь стали знаменитыми. Например, «ежик резиновый с дырочкой в правом боку».

- В чем ноу-хау вашей детской поэзии?

- Это особенная детская поэзия, она рассчитана на то, чтобы ребенку было весело. Диктовать смыслы - отвратительно, я думаю, что человек должен постигать их через веселье и радость.
- В чем отличие прошлых времен от сегодняшних?

- Люди, которые меня учили родину любить, – они порвали партбилеты и теперь учат родину не любить, а смотреть и ужасаться. Но я человек, уже привыкший ко всему, поэтому не удивляюсь.
- Вас не огорчает, что нынче даже филологи не покупают поэзию?

- Почему не покупают? Мне кажется, мои книги покупают. На моем сайте побывало больше трех миллионов посетителей. Чего еще желать?

- Какое ваше любимое стихотворение?

- Две строчки: «Все не от питания, все от воспитания».

- У вас есть Интернет-зависимость?

- Нет. Сижу в Интернете не более пятнадцати минут в день. Мне нельзя портить глаза. Они мне нужны для других целей.

- Какие цветы ваши любимые?

- Маленькие.

- Кого  любите читать?

- Ноама Хомского.

- Хотели бы вы уехать из России?

- Никогда.

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100