На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

ДУШЕВНЫЙ СТРИПТИЗ ИЛИ ИСПОВЕДЬ?

Наталья Вакурова / «Московская правда», 16.02.2016

Опустился занавес эпохи шестидесятников. Но они не ушли со сцены под звук собственных шагов. Доказательство этому - книга Анны Кузнецовой "Тайны гримерных комнат" (ИПО "У Никитских ворот").
В этой книге вся ее жизнь - от юной журналистки до известного театрального критика и сотрудника "Литературной газеты", - как пьеса талантливого драматурга, наполнена неожиданными и будто бы случайными событиями, однако ничего случайного в этой жизни нет. Она закономерно вписывается в жизнь страны - и той, которой уже нет, и той, в которой мы живем сейчас, со всеми ее трудностями, несуразностями, глупостями, бедностью и в то же время романтическим предчувствием чего-то нового, неизведанного...
Книга имеет подзаголовок: "Жизнь в театральных декорациях. Четыре действия без антрактов". Этот подзаголовок едва заметен на черной обложке, с фотографии на которой задумчиво смотрит, вглядываясь то ли в прошлое, то ли в будущее, Анна Адольфовна Кузнецова. Ее девичья фамилия - Гольдина. Выйдя второй раз замуж за известного журналиста Валентина Кузнецова, она поняла, как много значит единство душ, и как больно, когда близкий человек не выдерживает испытаний жизни и профессии и становится не тем, на кого можно положиться, а тем, кого надо жалеть и поддерживать. "Наверное, брак не предполагает безумной любви, ему, браку, тогда труднее выдерживать контраст неизбежно наступающих перемен, разочарований, усталости", - пишет Анна Кузнецова.
"Брак по любви, несмотря на разум, все равно хочет вечной яркости, первозданности чувств и страсти. Так, по крайней мере, было у нас. Наш брак близился к двадцатилетнему юбилею, но до него дотягивали с трудом. В его, Кузнецова, стихах - вся биография наших чувств, отношений, общей жизни, независимо от того, были ли мы порознь в других супружествах, вместе ли в браке или в официальном разводе. Все равно мы всегда были вместе с 1949-го, с общего университета, до его смерти в 2009-м - 60 лет..."
В книге много стихов Валентина Кузнецова, в основном про любовь к Анне - стихов очень хороших, без преувеличения настоящих. Но здесь приведу одно, которое, как мне кажется, вобрало в себя то главное, что трудно определить словами - как и чем измерить жизнь и любовь? И когда все кончается и кончается ли вообще?..
Вот и наступает наша осень,
У нее седин не занимать.
Старости отчетливая
проседь
Говорит, что скоро помирать.
И о главном надо бы подумать,
И себя на этом обмануть,
Чтобы лет истраченная сумма
Окупилась бы когда-нибудь,
И не славой - вряд ли будет после,
Не деньгами - это никогда.
Бездорожья наступает осень,
Безытожья близятся года.
Виноваты, нет ли - век рассудит.
Отберет ли что-то, не узнать.
Не впервой во тьму уходят люди,
О которых нечего сказать.
Думаю, не случайно Анна Кузнецова стала театральным критиком: театр с его концентрацией чувств, спрессованным временем и условным пространством как нельзя более соответствует ее мироощущению, когда надо постоянно искать главное, докапываться до сути, жить на пределе эмоций, но всегда говорить правду. Судьба - главный драматург, а люди - действующие лица. Для Анны Кузнецовой здесь ключевое слово "действующие". Конечно, она человек действия. "Дерзай, живи дальше или прозябай" - от этого жесткого лозунга она никогда не отступала. И в первые годы работы в Малом театре, который стал ее домом, работой, любовью - всем.
"Вот они, действующие лица моей драмы", - пишет автор, перечисляя имена, которые сегодня представляются высеченными на камне: Михаил Царев, Борис Равенских, Игорь Ильинский, Михаил Жаров, Елена Гоголева, Руфина Нифонтова, Алексей Эйбоженко... Такое количество выдающихся в одном месте было чревато конфликтами и скандалами. Борьба за первенство, за власть - вспомним "Театральный роман" Булгакова, там все сказано.
Для Анны Кузнецовой обсуждения и худсоветы были тем материалом, из которого она вынесла бесценные жизненные уроки, несмотря ни на что: "Одно бесспорно: высочайший уровень личностный, художественный оценок и суждений, с каким я - увы! - перестаю встречаться в последнее время. И худсоветов уж нет, и, боюсь, таких их участников, которые были неприкасаемым авторитетом для окружающих, тоже почти не стало. И все творческие разговоры застревают на уровне: "мое - не мое", "нравится - не нравится", "принимаю - не принимаю"! Как же остановить этот очевидно происходящий процесс обнищания театра, превращения его в массовую самодеятельность? Вдруг мои примеры прошлого помогут?"
Здесь нет вопроса. Конечно, примеры прошлого помогут. Дадут пищу для сравнения и размышления. Помогут увидеть, что было и что стало. И это не получилось бы у автора, если бы она с необыкновенной смелостью не открыла читателю свою душу. Когда она заговорила с Кузнецовым о своем намерении написать книгу, он спросил: "У тебя есть мужество на стриптиз?" И вот книга перед нами. Она уже живет своей жизнью, отчуждаясь от автора. И живет не в театральных, а в реальных декорациях: откровенный, мастерски написанный профессиональным журналистом текст, большая вкладка с фотографиями, где путь от Анечки, Ани до Анны Адольфовны спрессован в несколько страниц. И в конце - такие слова: "Пусть моя книжка будет моей исповедью. Моим покаянием. Публичным... Только здесь - мое спасение. Может быть - оправдание".
Нет надобности делать вывод после вывода. Читайте - и вы все поймете. Жизнь, пройденная со страной и с эпохой, - перед нами.
P. S. (цитата из книги, действие третье "Сама захотела")
"Мне недавно одна моя читательница, сама писатель из Иванова, прислала свою книгу "Как жить несчастливой". И в письме - жалобы на то, как трудно жить пишущему человеку в провинции, как много у нее проблем, а главная - одиночество. Прочитала все внимательно: бесспорно - одаренный интересный писатель! А разве в столице легче жить женщине-литератору, да еще если она не молодеет, а стареет... не удержалась, рядом с ее заголовком: "Как жить несчастливой" подписала - "Стать счастливой".

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100