На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

...ВСЕ ЕСТЬ, «КРОМЕ ТВЕРДЫХ ЗНАКОВ И ЯТЕЙ»

Татьяна Сергеева / «Московская правда», 18.02.2016

В этом году исполняется 125 лет со дня рождения Михаила Афанасьевича Булгакова. В честь знаменательной даты в сквере недалеко от Патриарших прудов, носящем имя писателя, создателю знаменитого романа "Мастер и Маргарита" будет установлен памятник.
И это правильно: Москва увековечена и в этом романе, и в других творениях писателя.
Киевлянин по рождению Булгаков, приехав в Москву в конце 1921 года, начинал как газетный репортер. По 1926 год сотрудничал в газете "Гудок" (в "Записках покойника" ("Театральном романе") издание названо "Вестником пароходства") - вроде как для "хлеба насущного", главными тогда для писателя были вещи художественные: роман "Белая гвардия", написанная по мотивам романа пьеса "Дни Турбиных" (постановка Московского Художественного театра, 1926). Конечно, забыть родной и любимый Киев, который в "Белой гвардии" поименован просто Городом, невозможно. И все-таки уже в Москву, которая стала главным героем корреспонденций, очерков, фельетонов Булгакова-журналиста, переносилось и место действия его повестей "Роковые яйца" (1925) и "Собачье сердце" (1925, публикация 1987).
Согласно выработанному с годами профессиональному правилу: что знаешь, о том и пиши, а чего не знаешь - о том писать не надо, следовало изучить Москву - город фантастических и юмористических коллизий, невероятных сюжетов, невиданных прежде героев, включая каких-то уж совсем гротесковых типов. Ведь в Москве, как скажет Булгаков в одном из очерков тех лет, все есть, "кроме твердых знаков и ятей". "Не из прекрасного далека (уже зачин очеркового цикла "Москва 20-х годов" отсылает читателя к любимейшему писателем Гоголю. - Т. С.) я изучал Москву 1921 - 1924 годов. О, нет, я жил в ней, я истоптал ее вдоль и поперек. Я поднимался во все почти шестые этажи, где только помещались учреждения... Этажи знакомы мне решительно все... Где я только не был! На Мясницкой сотни раз, на Варварке - в деловом дворе, на Старой площади в Центросоюзе, заезжал в Сокольники, швыряло меня и на Девичье поле. Меня гоняло по всей необъятной и странной столице одно желание - найти себе пропитание... И я его находил на самых фантастических и скоротечных, как чахотка, должностях..."
А что прежде всего волновало москвича тех лет? "Жилище, - говорит Булгаков, - поскольку квартир в Москве нету". Как помнит читатель, в романе "Мастер и Маргарита" Воланд констатирует, что москвичи - люди как люди, только квартирный вопрос их испортил.
В фельетоне "Торговый ренессанс" от 14 января 1922 года, подписанном М. Булл., читаем: "Не узнать Москвы. Москва торгует. На Петровке... блестят окна конфексионов. Ожили пассажи. Громада Мюр и Мерилиза еще безмолвно и пусто чернеет своими громадными стеклами, но... Москва знает уже, что в феврале здесь откроют универсальный магазин Мосторга с 25 отделениями... В б. булочной Филиппова на Тверской, до потолка заваленной белым хлебом, тортами, пирожными, сухарями и баранками, стоят непрерывные хвосты". "Все это чудовищных цен. Но цены в Москве давно уже никого не пугают, а сказочные астрономические цифры миллионов (этого слова давно уже нет в Москве, оно окончательно вытеснено словом "лимон") пропускают за день блестящие, неустанно щелкающие кассы". Новая экономическая политика, НЭПО, НЭПО!!!
В июле того же 1922 года в очерке "Улица" из цикла "Москва краснокаменная" писатель вновь живописует нэпманскую жизнь. Но вдруг: "И в пестром месиве слов, букв на черном фоне белая фигура - скелет руки к небу тянет. Помоги! Г-о-л-о-д. В терновом венце, в обрамлении косм, смертными тенями покрытое лицо девочки и выгоревшие в голодной пытке глаза. На фотографиях распухшие дети, скелеты взрослых, обтянутые кожей, валяются на земле. Всмотришься. Пред-ста-вишь себе - и день в глазах посереет. Впрочем, кто все время ел, тому непонятно. Бегут нувориши мимо, не оглядываются..."
"Вечером на бульварах толчея. Александр Сергеевич Пушкин, наклонив голову, внимательно смотрит на гудящий у его ног Тверской бульвар. О чем он думает, никому не известно... Ночью транспаранты горят. Звезды..."
Эти звезды напоминают нам о финале "Белой гвардии", где тоже в небе сияет звезда. А еще припоминается максима Канта о том, что во вселенной два явления достойны восхищения: звездное небо и нравственный закон внутри нас.

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100