На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

ПИСЬМА БРАТА С ВОЙНЫ

Сергей Баймухаметов / «Московская правда», 17.05.2016

В шестнадцать-семнадцать лет юноши, как правило, заняты только собой - возраст такой. Но, похоже, для шестнадцатилетнего Георгия Дуэля рождение младшего брата стало огромным событием. Сейчас уже нет в живых тех, кто мог бы рассказать, как возился он с маленьким Игорем. Но есть письма. Письма с войны. Игорю было четыре года, когда Георгий Дуэль добровольцем ушел на фронт.
Он был белобилетник, в военкомате ему сразу же отказали. Но Георгий пробился к большому начальству, настоял. Видимо, помогло не только упорство, а еще и то, что учился в Московском автодорожном институте, в 19 лет имел водительские права (по тем временам - большая редкость), и такие люди в армии были необходимы. Попутно отметим, что заочно учился на театроведческом факультете ГИТИСа и преподавал на курсах Осоавиахима - Общества содействия обороне, авиационному и химическому строительству, предвоенного ДОСААФа.
Почти в каждом письме он вспоминает братишку - Игорька, Рыжего, Бубку: "Ужасно скучаю за вами, особенно за Рыжим", "Игорьку скажи, что в отпуск я скоро приеду, только вот фашистов добьем", "Пусть Бубка знает, что брат за него воюет".
Через 73 года писатель, публицист Игорь Дуэль издал письма старшего брата отдельной книгой ("Письма с войны", издательство "Нонпарель", 2015).
Вчитаемся в строчки исторического, человеческого документа...
26.10.41. Дорогие мои родичи!
Я никогда не думал, что буду так за всеми вами скучать, особенно за Бубкой. Ну, целую всех, а Бубку целуйте за меня каждый день. Пусть знает, что брат за него воюет, ему жизнь, хотя бы ценой наших жизней, будет обеспечена.
29.12.41. Дорогие мои!
Что было - словами передать трудно... То, что немцы творят, вернее, творили в Подмосковье, описать невозможно. После их ухода остаются только угли. Грабят все. Два сукиных сына изнасиловали пятидесятилетнюю старуху. Все это надо видеть. Это не люди, а животные, потерявшие все человеческое. Зверье! На нашем участке их так долбанули, что грузовики с награбленным барахлом, танки, боеприпасы и кучи всякой дряни так и не успели захватить. Сейчас они бегут и мерзнут. Но дерутся еще здорово. Так дерется смертельно раненный зверь. Ну, да воевать еще, видно, много надо будет. Я их сейчас готов грызть зубами. Ну, да ну их к черту. Теперь о вас! Почему вы не пишете? Я чертовски скучаю за Бубкой. Показываю всем его карточку и говорю, что это мой сын. Говорите с ним обо мне почаще, чтобы он меня не забыл. Ну, родные, жду телеграммы и писем. Крепко вас целую. Особенно Бубку.
Штамп полевой почты - 25.02.1942.
Дорогие мои!
Пятые сутки ведем непрерывные бои, немцев гоним, особенно замучили минометный огонь и авиация. Я сейчас работаю отсекром комсомола. Временно стал пехотинцем.
11 марта 1942 года. Дорогие мои!
Война тяжелая, вы не представляете, сколько массового народного героизма скрывается за лаконичным сообщением Информбюро: "Взято несколько населенных пунктов". Против нас стоят отборные СС, кадровые части, они дерутся, как звери, чувствующие свою гибель. Иногда бой ведется в течение нескольких суток. Войти в деревню - это еще не значит ее занять. Бой ведется за каждый дом, за каждый чердак, за каждый подвал. Мы не спим по несколько суток, некогда поесть. А если выпадает час-другой отдыха, то моментально валимся на белоснежную перину (снег) и спать. Если сутки или день нет боев, тогда строим чум. Если можно, зажигаем костер и пьем чаек. Но на огонь начинают прилетать минки, дамы весьма неприятные. Хуже минометного огня ничего нет...
В голове у всех одно - гнать эту сволочь. Когда занимаешь деревню и видишь обгоревшие трупы пленных красноармейцев, заживо сожженных этими заразами, когда слышишь рассказы населения об отношении к нашему народу этих представителей "чистой расы", когда рядом с тобой идущий товарищ падает с развороченным от разрывной пули черепом, проходит усталость, теряется представление о времени. В общем, тяжело, но мы все выдержим и за все получим по счету сполна.
28.03.42. Дорогие мои!
Батарея моя сейчас на отдыхе. Стоим километрах в двух от немцев. Вырыли чудесные землянки, поставили печки и наслаждаемся теплом. Да, я вам, кажется, не писал, что я назначен военкомом тяжелой минометной батареи. Работой я очень доволен. На днях вытащили свою батарею на открытые позиции и шесть дней долбили по немцам прямой наводкой, причем ни одного человека не потеряли. Минометы, особенно тяжелые (120 мм), - это самое страшное оружие, могу похвалиться, что мы ими овладели неплохо.
Ужасно скучаю за вами, особенно за Рыжим, пишите мне о его "похождениях" поподробней. Он, вероятно, совсем большим пацаном стал.
4.4.42. Дорогие мои!
Мы все уверены, что к 7-му ноября с этой сволочью все закончим и снова будем наслаждаться мирной жизнью - ведь мы ее очень мало ценили. Вчера мне военком дал граммов 200 конфет-подушечек (прислали нам подарки). Рад я был, как ребенок. Сейчас мой адъютант кипятит чаек и мы будем наслаждаться жизнью.
11.5.42. Дорогие мои!
Сегодня кончили очень тяжелый марш. Бездорожье жуткое, лошади не идут, о машинах и говорить не приходится, всю матчасть и боеприпасы перенесли на руках, а огневые позиции заняли вовремя. Сейчас просто не верится, что это можно было сделать. Тройка лошадей не сдвинет с места, а люди впрягаются и тянут. С таким народом нельзя не победить.
Только что пришел из разведки. Ходил метров за 600 за наше боевое охранение. Готовим немцам хороший концерт.
18.5.42. Дорогие мои!
Сейчас сижу около блиндажа и наслаждаюсь чудесным вечером. Первые два теплых дня. Лес сегодня зазеленел, сразу все ожило.
На днях ходил с комбатом в разведку, и перед самым носом взлетели два огромных тетерева, сели на сосну метрах в ста от нас.
25.5.42. Дорогой отец!
Стоит непривычная тишина после нескольких дней жутких боев. Мы выбили немцев из двух опорных пунктов, за которые они цеплялись с остервенением. Сейчас тихо, поют соловьи, изредка только посвистывают пули, это на соловьев никакого действия не оказывает. ...Пришлите мне карточку Игорька. Он уже стал, наверно, совсем взрослым мужчиной.
5 июня 1942 г. Дорогие мои!
Посылаю вам свое изображение. Пока довольствуйтесь этим, а вот кончим с гитлеровской сволочью, и тогда уж сможете сравнить эту бледную копию политрука Дуэля с живым оригиналом. У меня в батарее есть художник, талантливый парень. Во время затишья он набросал этот портрет.
9.6.42 г. Дорогой отец!
Сейчас вечер, садится солнце. Местность очень красивая, холмистая. Иногда взойдешь на какой-нибудь холм, аж дух захватывает - такая красота. Только вот комары проклятые и муравьи совсем жить не дают. Мы их фрицевской породой зовем. Комары, вероятно, за это очень обижаются и кусаются еще сильней. Мамуля, ты какого-нибудь средства от них не знаешь? Я уж чем только не пробовал смазываться, даже керосином, и то не помогает.
Штамп полевой почты - 29.5.42.
Вторые сутки стоит невероятный грохот. Происходит весеннее наступление, а по-нашему, избиение фрицев...
Вчера мы неплохо поработали. Сегодня выедем на открытые позиции, и тогда - держись, фриц! Правда, и они бьют крепко, особенно храбры их летчики, пока нет наших ястребков и молчат зенитки. А в общем, как у нас говорится, фриц не тот пошел, грустный фриц стал. Думается, что скоро вы услышите о наших успехах.
24 июля. Вчера на НП, вернее, около него, встретил одну девушку, Наташу. Я с ней был во время самых тяжелых боев зимой. Она - доброволец, совсем еще ребенок, ей лет 18. Вела себя в бою прямо безукоризненно. Хорошенькая, как кукла, с большими голубыми глазами. В другое бы время влюбился в нее без звука. Она была ранена, а сейчас опять приехала на фронт, и опять на передовую. Только в нашей стране могут быть такие девушки. Вообще, надо сказать, девчата у нас молодцы, в нашей дивизии их много, почти все сейчас орденоносцы.
16.6.42. Дорогая мамуля!
Нового ничего нет. Ждем с нетерпением открытия второго фронта, тогда мы фрицев с двух сторон бить будем, и уж наверняка Новый год будем встречать вместе, в Москве, на улице Горького. Правда, мы надеемся еще на октябрьскую годовщину по Красной площади пройти с рапортом наркому о выполнении его приказа.
Ну, родная, комары совсем заели и пули свистеть крепко начали. Надо в блиндаж, а то какая-нибудь дура не разберет да и стукнет - это же самое обидное так по-глупому погибнуть. Впрочем, я все равно жить буду. Крепко целую, Игорька отдельно.
19.07.42. Дорогая мамуля!
Идет бой. Двое суток не спал. Наступаем мы, а не фрицы. Но приходится туго. Будьте здоровы, крепко вас всех целую, особенно Рыжего. Ваш сын и брат Георгий.
24.07.42. Дорогие мои отец и мамуля!
Шли упорные бои, как видите, я жив, здоров и невредим. Устал только очень, но теперь отдыхать не время...
Вчера прискакал с наблюдательного пункта (он у нас метрах в 200 от фрицев) - проголодался, замерз. Зато уж, когда взялся за еду, отвел душу... Потом пил чай с сахаром и черникой до седьмого пота... Не верилось, что я только вернулся с НП, где свистят пули, в нескольких метрах рвутся мины, снаряды...
Очень скучаю за Игорьком. Придется ли его еще увидеть? Он на карточке совсем уж большой паренек. Я часто по несколько раз в день вынимаю его карточку и превращаюсь в сентиментальную даму... Ох, как хотелось бы, отец, посидеть с тобой за бутылкой хорошего вина, чтобы мать рядом, Игорек на коленях - и многое, многое вспомнить. Ничего, разгромим гитлеровскую сволочь, всю, до последнего выкормыша, и тогда, если будем живы, снова будем все вместе.
2.08.42. Дорогая мамуля!
Очень давно тебе не писал. Нет буквально ни одной свободной минуты. За трое суток спал 2,5 часа. Сегодня поспал подряд 6 часов, побрился и решил - душа вон, а письмо тебе напишу.
Вот уже скоро год, как я в армии, а через 11 дней будет 9 месяцев, как я на фронте. Интересно было бы посмотреть на себя со стороны. Вероятно, изменился и очень сильно устал. Но отдыхать сегодня нам, коммунистам, совсем не время. Вот уж когда кончим войну, уничтожим всю эту сволочь, тогда отдохнем. Прежде всего я тогда высплюсь, затем напьюсь на пару с отцом до чертиков и месяц буду есть, пить, спать и ухаживать за девушками. Потом уж снова за работу... Вот только хотелось бы до этого момента дожить. Да и вообще, жить чертовски хочется. Только на войне, мамуля, познаешь, что такое жизнь... на фронте, особенно, когда выйдешь из боя (в бою некогда), столько перечувствуешь, столько передумаешь, сколько не познаешь за многолетнюю мирную жизнь.
21.08. Дорогая мамуля!
Вот уже скоро 21 стукнет. Как-то незаметно стал взрослым. Вы уж за мое здоровье выпейте бутылку шампанского, а другую купите и спрячьте до моего возвращения. А если не состоится, тогда уж за Игорька шестилетие распейте.
5.09.42. Дорогая мамуля!
Завтра мне стукнет 21 год. Очко, число счастливое. Вот уж второй мой день рождения проходит без тебя. Но ты, мамуля, не грусти. Вот разобьем гитлеровскую сволочь и будем снова все вместе. Отпуска, мамуля, быть не может, и ты не должна его ждать... Пока эта зараза топчется еще по нашей земле, нам отпуска быть не может. А вот после войны, если живы будем, вот тогда уж отдохнем.
23.9.42 г. Дорогая мамуля!
Давно тебе не писал, никак не мог выбрать время. Сейчас я снова в новой части. "Судьба играет человеком". Назначен политруком несуществующей минометной роты. Нахожусь в резерве комиссара полка. ... Письмо получилось немного грустное, это погода на меня подействовала. Ветер, холод и жуткая грязь. Вчера мой конь споткнулся на передние ноги и полетел через голову, а я - в жидкую, выше колена, грязь. Ну и видик у меня был!
Крепко целую всех. Георгий.
Это было последнее письмо. Через 4 дня Георгий Дуэль погиб.
В феврале 1942 года части Северо-Западного фронта окружили в районе Демянска (Новгородская область) 6 фашистских дивизий, включая знаменитую дивизию СС "Мертвая голова". Начиная с 20 февраля гитлеровская авиация ежедневно совершала по 100 - 150 самолето-вылетов, доставляя в "Демянский котел" около 265 тонн грузов в день. К маю немцам удалось прорвать окружение и даже перейти в наступление. Начались ожесточенные встречные бои. Демянский плацдарм был стратегически важным в военной кампании 1942 года, командование вермахта называло его "пистолетом, направленным в сердце России" - на Москву. С мая 1942 года по январь 1943-го Северо-Западный фронт провел 9 безуспешных наступательных и 2 оборонительные операции под Демянском. Потери Красной Армии составили 280 - 290 тысяч солдат и офицеров. Здесь, в боях под Демянском, 27 сентября 1942 года погиб и политрук минометной батареи Георгий Дуэль. Он прожил на белом свете 21 год и 21 день.
Один из миллионов, отдавших жизнь за нас.

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100