На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

ЖИВОЙ КЛАССИК. ДЖУЛИАН БАРНС О РОМАНАХ, СОЦСЕТЯХ, ФУТБОЛЕ И КОЛБАСЕ

Анна Михайлова / РИА Новости, 05.12.2016



Хотелось успеть и на английского сатирика Джонатана Коу, и на его земляка Себастьяна Фолкса, автора одной из книг о Джеймсе Бонде и еще 12 очень достойных романов. И обязательно послушать уэльского сценариста Эндрю Дэвиса, известного российскому зрителю по сериалам "Карточный домик" и "Война и мир".

Выходцев из Соединенного королевства в этот раз особенно много. Но так и было задумано, ведь 2016 — год языка и литературы Великобритании в России. Были среди трех десятков зарубежных гостей и польский прозаик Януш Вишневский, и популярные французские писатели Мари-Од Мюрай и Жан-Филипп Арру-Виньо, и норвежские исследователи Бьорн Арлов и Бор Стенвик. Наконец, презентации, лекции и чтения вели почти полсотни отечественных мастеров слова: Людмила Улицкая, Лев Рубинштейн, Дмитрий Быков, Андрей Смирнов, Виктор Ерофеев, Максим Кронгауз.

Тем не менее, пожалуй, самым ожидаемым событием Non/fiction стал приезд букеровского лауреата, живого классика Джулиана Барнса. Казалось бы, что удивительного: писатель приехал на крупную международную ярмарку представлять свою новый роман. Тем более что книга о Дмитрие Шостаковиче, и где, как не в Москве, ее презентовать.

70-летний выпускник Оксфорда Барнс, даже будучи мировой звездой, остается человеком очень закрытым. Интервью практически не дает, фотографироваться и сниматься не любит, автограф-сессии с читателями проводит нечасто и строго лимитированные по времени.
Возможно, поэтому регистрация на встречу с Барнсом в киноконцертном зале ЦДХ на 600 мест закрылась в считанные дни. Перед появлением самого Барнса счастливцев, оказавшихся внутри, снова проинформировали, что снимать и записывать на диктофон ничего нельзя, подписывать больше одной книги и делать селфи с автором тоже не рекомендуется.

Беседа, естественно, шла на английском, но Барнс буквально с первых же минут показал себя человеком, которому русская культура очень близка. Писатель рассказал, что начал изучать русский язык в 16 лет, еще в школе. Тогда же он заинтересовался классической музыкой. Это увлечение передалось от старшего брата, который перепродавал Джулиану недоевшие пластинки.

Первым в руки Барнса попал Чайковский, а уже через год он сам приобрел Симфонию N5 Шостаковича. Эта музыка, по признанию писателя, осталась с ним на всю жизнь. При этом Шостакович долгое время не интересовал его как личность, Барнс практически ничего не знал о его биографии. Однако всё изменилось в 1979 году, с выходом скандальной книги Соломона Волкова "Свидетельство".
Барнс был потрясен противостоянием композитора с властью, с тех пор его стала интересовать не только музыка Шостаковича, но и непростые обстоятельства его жизни. Любопытно, что в книге Барнс использует много деталей советского быта. Например, какие оскорбления кричали друг другу игроки советской и югославской сборной во время футбольного матча. Или такие небанальные выражения, как "лучшая птица — колбаса". На вопрос, откуда английский классик черпает эти знания, он вспомнил свою поездку в СССР в 1965 году:

"Часть искусства романиста — знать мало, но намекать, что знаешь много. Я был в Советском Союзе 51 год назад и изучал русский. Я действительно много читал, но в основном, это вопрос выбора деталей. Если выбираешь правильную деталь, она резонирует и создает это чувство времени".
Прочитав несколько отрывков из романа и поинтересовавшись у публики, как к музыке относится Владимир Путин, Барнс рассказал о своих любимых русских авторах.

"Утром я был Третьяковской галерее, и видел там множество портретов писателей — Пушкин, Лермонтов, Толстой, Тургенев, Достоевский…У меня было чувство, как будто я встретился со своими предками или старыми друзьями".

При этом писатель посетовал, что уже не может читать на русском, хотя в школе одолел "Асю" Тургенева и "Детство" Толстого, с которым, правда, были сложности. И, конечно, пьесы Чехова, которые Барнс поставил вровень с произведениями отметившего в этом году 400-летие главным английским "барда".

"Чехов для британцев — величайший драматург в мире, наряду с Шекспиром, конечно. Я недавно был в Национальном театре Лондона, они ставили "Иванова", "Платонова" и "Чайку". Пьесы шли целый день, одна за другой. Даже ранний Чехов удивительный. Я считаю, что "Платонов" — отличная пьеса. Но если бы мне нужно было взять одну пьесу на необитаемый остров, я бы взял "Дядю Ваню". Это, возможно, даже более великая вещь, чем все пьесы Шекспира. Только Лондону не говорите".

Барнс добавил, что существует некая духовная параллель между русскими и британцами. Жителям туманного Альбиона, по словам писателя, очень по душе меланхоличная серьезность русской литературы.

Говорил Барнс и о том, что волнует сегодня и писателей, и издателей, и преданных читателей: жива ли сегодня серьезная литература, можно ли действительно констатировать смерть классического романа? "Мы это уже проходили", — успокаивает Барнс. Возможно, лучшее подтверждение его словам — очереди на выставку и посетители, покидающие ее сумками, полными книг.

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100