На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

ВОСТОК: ПЕРВЫЕ РЕЛИГИОЗНЫЕ ГОНЕНИЯ В ИСТОРИИ: ВСТРЕЧА ИУДЕЙСТВА И ЭЛЛИНСТВА

Российская государственная библиотека, 12.02.2017

Российская государственная библиотека и просветительский проект «Арзамас» открыли цикл лекций «Запад и Восток: история культур». Восьмая лекция относится к циклу «Восток»: «Первые религиозные гонения в истории: встреча иудейства и эллинства».
Лектор — Нина Владимировна Брагинская, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института высших гуманитарных исследований РГГУ, профессор Института восточных культур и античности РГГУ, переводчик и комментатор греческих и латинских авторов.


В 160-х годах до н. э. Антиох IV Эпифан, владыка огромного царства Селев­кидов, обратил против подданных небольшой части своей империи — Иудеи — религиозные гонения. Эти события слабо отражены у античных писателей как дела сугубо местного значения, не оказавшие серьёзного влия­ния на основные государства и культуры эллинистического мира. Однако последствия этих событий вскоре затронули все Средиземноморье и остаются важными сторонами современной жизни. Гонения Антиоха Эпифана породили в иудейской среде новые разнонаправленные религиозные течения, в том чи­сле и «раскольнические» толки, а через пару веков они оформились как иуда­изм и христианство. Две литературные повести, Книга Иудифи и «Иосиф и Асенет», созданные по следам этих исторических событий, представляют со­бой два параллельных и противоположных ответа на новую религиозную ситуацию, на вторжение эллинистической культуры в иудейский мир. Создан­ная в Иудее Книга Иудифи предвосхищает строгий иудаизм, а созданная в еги­петской диаспоре «Иосиф и Асенет» многими чертами предвосхищает хри­стианство.

Основные тезисы лекции:
Причины событий, которые называют Маккавейским восстанием (по имени главного героя Иуды Маккавея), остаются для нас таин­ственными до сего дня. Источники, их описывающие, немногочи­сленны и расходятся не только в оценке случившегося, но и в изло­жении и даже в действующих лицах. Мы знаем об этих событиях глав­ным образом из Первой и Второй книг Маккавеев (вторая половина II века до н. э. и начало I века до н. э.) и из творений иудео-эллинисти­ческого писателя I века н. э. Иосифа Флавия.

Для автора Первой книги Маккавеев существует зло само по себе — это царь Антиох, который грабит Иерусалимский храм, оскверняет святы­ни, преследует верных Богу. И есть отступники из народа Израиля, которые хотят отказаться от отеческой веры и заключить союз с языч­никами. Против них поднимают народ священник Мататия и его сыно­вья во главе с Иудой Маккавеем. Автор Второй книги Маккавеев видит источник бед, постигших Иерусалим, в грехах самого народа, разделен­ного внутри себя на сторонников эллинской культуры и отеческого благочестия. Антиох и его чиновники оказываются только орудиями божественной кары, а победу оружию Маккавеев обеспечивает жертва мучеников — семи безымянных братьев, их матери и старика Элеа­зара, — которая смягчила божественный гнев.

Иосиф Флавий, рассуждая о событиях более чем двухсотлетней давно­сти, обращает внимание на те обстоятельства, которые авторы Первой и Второй книг вообще не принимают во внимание: это существование у евреев соперничавших проегипетской и просирийской партий и по­пытки знатных родов иметь в борьбе с соперниками могучих покрови­телей — Птолемеев  или Селевкидов. Загадкой является и сам факт религиозных гонений, нисколько не характерный для язычников-эллинов. Завоеватели могли уродовать статуи чужих богов, чтобы ли­шить самих богов возможности видеть происходящее и вмешиваться на стороне своих почитателей, а могли перенимать культы завоеванных народов или переманивать к себе богов-покровителей осаждаемого города. Но они никогда не навязывали никому религиозных учений и не вмешивались в традиционное богопочитание. Селевкиды до Анти­оха Эпифана отправляли Иерусалимскому храму богатые дары. Так что Антиоховы гонения беспрецедентны. Удивительно и то, как могло крестьянское ополчение одержать победу над регулярными войсками, над громадной обученной македонской армией с профессиональными полководцами во главе. Евреи под предводительством сына священника Мататии Иуды Маккавея отвоевали оскверненный и превращенный в языческое святилище Иерусалимский храм, очистили его и восстано­вили богослужение. Этот день отмечается доныне в праздновании Хану­ки (Освящения). Религиозные гонения были прекращены преемником Антиоха Эпифана, но продолжилась борьба соратников Иуды за поли­тическую независимость, которая привела в 142 году к созданию неза­висимой Иудеи. В религиозной жизни этого периода много белых пя­тен. Семь лет в Иерусалиме не было первосвященника, законный на­следник этой должности (Ония IV) бежал в Египет и во исполнение про­рочества Исайи создал там другой храм, что тоже было вызовом тради­ции: уже много столетий считалось, что у Бога Израиля только один дом — в Иерусалиме.

Эти события, гонения, восстание, перемены в столице, бессилие сто­личного жречества, появление новых людей и новых центров силы вздыбили, перемешали, перевернули Иудею. Когда удалось отстоять жизнь в согласии с Законом (Торой), оказалось, что понимают это согласие по-разному. Одни от преследований бежали в пустыню, где создавали отшельнические общины, враждебные иерусалимскому жре­честву, другие — в Египет под покровительство Птолемея VI, получив­шего прозвище Филосемит, третьи в Иерусалиме формировали новые ритуалы, такие как, например, Ханука, и создавали в отсутствие закон­ного первосвященника священническую царскую династию. Мы знаем названия некоторых оформившихся впоследствии течений — саддукеи, фарисеи, эссеи; Иосиф Флавий называет их понятным для внешнего мира способом — «философскими школами».

Мы можем попытаться обнаружить духовное содержание такого рода течений по сочинениям эллинистических иудеев. Возьмем для примера две литературные повести, созданные по следам описанных событий. Одна написана в Иудее (Книга Иудифи), другая — в египетской диаспо­ре («Иосиф и Асенет»), обе будут рассмотрены в их параллельной и про­тивопоставленной образности как выразители двух таких течений. В об­разной форме Иудифь дает модель поведения перед лицом превосходя­щей силы: при неукоснительном исполнении всех заповедей и полном доверии Богу возможно чудо; в этом произведении предвосхищены многие аспекты того иудаизма, который возникнет после разрушения храма в 70 году н. э. и приобретет окончательную форму после состав­ления к концу V века Талмуда (раввинистический иудаизм). К иеруса­лимскому священству отношение здесь сдержанное, а Иудифь высту­пает женским аналогом Иуды Маккавея. В «Иосифе и Асенет» весь язы­ческий мир приглашается обратиться к Богу и присоединиться к народу Израиля: путь спасения указывает обращение египтянки и языческой жрицы, прекрасной Асенет, которую небесный Человек посвящает в мистерии Всевышнего. Представление о жертве, обращении, спасе­нии, эсхатологии, целый ряд выражений, словно взятых из Нового Завета, составили этому апокрифу репутацию христианского сочинения.

Эти две повести могли быть созданы вскоре после восстания. Не исто­рически, но символически они показывают те смысловые линии, кото­рые восходят к Маккавейскому кризису и ведут к иудаизму, сложивше­муся после разрушения Храма, и христианству, вышедшему за пределы Иудеи.

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100