На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

ГОВОРЯЩИЕ ЗВЕРУШКИ И ПОСТАПОКАЛИПСИС

Борис Кузнецов / Известия, 16.07.2018

Конкурс «Новая детская книга» объявил шорт-листы во всех номинациях. Уже девять лет мы выбираем лучшие издания для детей. За время председательствования в жюри через мои руки прошло не менее 7000 работ. При таких объемах вполне можно сделать некоторые статистические наблюдения.

Отмечу, что в конкурсе рассматриваются только неопубликованные тексты. Но это не соревнование молодых писателей, а открытое состязание текстов, созданных как новичками, так и маститыми профессионалами. На этапе первоначального отбора специально обученные сотрудники читают работы без указания авторства. Это делается для того, чтобы прошлые литературные заслуги участника не повлияли на мнение жюри. А значит, ориентиры в отношении конкретной рукописи отсутствуют, отзывов и критики тоже нет. Есть только текст. Просматривая задним числом заявки, не вошедшие даже в лонг-лист, обнаруживаешь там приличное количество работ опытных издающихся авторов.

Традиционно в конкурсе есть две писательские номинации — одна аккумулирует тексты для младшей возрастной аудитории (от 3 до 10 лет), во второй рассматриваются работы в жанрах, наиболее востребованных подростками, — фантастике, фэнтези, приключениях. Каждый год номинации слегка меняются и уточняются, но возрастное деление остается неизменным. В нынешнем, девятом сезоне это «Для тех, кому за шесть» и «Фэнтези. Мистика. Триллер».

В номинацию «Для тех, кому за шесть» приходит больше всего работ: тысячи заявок. Почти всегда это попытка забраться в тайну детства и острое желание заново его пережить. У кого-то это получается, а кто-то не может пробиться через кучу шаблонов и штампов. Если в текстах для самых маленьких уже сложилась новая литературная традиция, со своим языком и сюжетными приемами, то в работах для младшего школьного возраста все сложнее. Тут сохраняется позиция «на распутье»: между старой советской повествовательной традицией и новой литературой.

Такая неразбериха понятна, поскольку для авторов и издателей пока еще нет очевидных историй успеха новой отечественной литературы в этой нише. Для понимания колоссального разрыва можно попробовать заглянуть на полку современной художественной литературы для детей 6–10 лет в Европе или Америке. Там есть настоящие бестселлеры, громкие имена, книжные сериалы. И это не из-за того, что у них «государство заботится о подрастающем поколении». Просто там есть эта традиция, и она не прерывалась. У них есть опыт, образцы, понимание читательского спроса. У нас ничего этого еще нет. И потому наши авторы лишены ориентиров. У нас еще все впереди!

Зато сложился устойчивый топ сюжетов детской литературы, повторяющийся из года в год. Как правило, это сказочные истории про забавных зверюшек (они говорят, дружат и отправляются на поиски приключений — это лидирующая сюжетная схема), фантазии про принцев и принцесс. Повествования из серии «летом в деревне», вариации на тему русских народных сказок, рассказы про домашних питомцев, сказки про домовых, леших, русалок, помещенных в реалии современных квартир, новогодние и рождественские истории, дачно-огородные сюжеты (зачастую с оживающими овощами).

Номинация «Фэнтези. Мистика. Триллер» также очень востребована у авторов. Здесь рождается масса книг, становящихся бестселлерами. И здесь самая жесткая конкуренция, которая, как известно, очень хорошо стимулирует творческий процесс. Наблюдая эволюцию текстов на протяжении девяти лет, могу сказать, что уровень работ радикально улучшился и отечественные авторы смогли освоиться практически во всех жанровых нишах. Наши писатели ничем не уступают зарубежным ни по сюжетной изобретательности, ни по механике вымышленных миров. В этой нише у нас сложилась собственная полноценная литература, очень современная и динамичная. Произошло это буквально за десять лет.

Классического фэнтези теперь пишут значительно меньше. А эльфы, гномы и драконы, встречавшиеся раньше очень часто, теперь редкие гости. Интереснее, сложнее и виртуознее стали тексты исторического и этнического фэнтези. Пять лет назад это были достаточно наивные обыгрывания учебников истории и сказочных сюжетов.

Ощущается, что авторы вошли во вкус постапокалиптических сюжетов. Сейчас мы наблюдаем пик писательского интереса к этой теме. Однако, как мне кажется, он сильно запоздал — читатели еще в прошлом году начали остывать к ней. Зато уверенно пробивает себе дорогу «темное» фэнтези. Думаю, что в ближайшие пару лет мы увидим очень хорошие книги наших авторов в этой нише.

Активно разрабатывается популярная ниша мистики и триллера. Тут наши литераторы еще только в начале пути, и большинство не чувствует себя уверенно. Сейчас только нащупываются «правила игры», делается это с оглядкой на американский и скандинавский опыт.

Что касается любимых сюжетных ходов, то лидируют завязки про потерянных родителей и сиротство. А также чудесная амнезия главного героя, магическое наследование, волшебные школы, воссоединение частей артефактов, зависимость от древнего пророчества. Значительно меньше стало «попаданцев» (когда главный герой «шел, упал, очнулся в другой реальности»), но все больше появляется техномагии и различных манипуляций со снами. Кроме того, стоит отметить, как за последние годы сдают свои позиции «вампирские» мотивы, но набирают обороты виртуозные биологические и высокотехнологичные допущения.

Неизменным остается одно: количество поучительных текстов с нравоучениями и «пользой для подрастающего поколения вообще». 5–10% авторов ставят перед собой эти «воспитательные» задачи в качестве основных. На мой взгляд, это не показатель развития литературы, а свидетельство неких социально-психологических процессов. Любопытное явление, может, его даже нужно изучать, но вот издавать ли — вопрос...

Автор — книгоиздатель, председатель жюри премии «Новая детская книга»

 

 

 


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100