На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

КНИЖКИ НАГОЛО: ДУЭЛЬ ПИСАТЕЛЕЙ (ФРАГМЕНТ)

Михаил Бутов, Борис Войцеховский / «Вечерняя Москва», 02.03.2016

МИХАИЛ БУТОВ: ЛИТЕРАТУРНОГО ЗАГОВОРА НЕТ, А ЕСТЬ НЕХВАТКА ХОРОШИХ АВТОРОВ
На столе перед Бутовым — огромная стопка книг. Ее ему предстоит прочесть не более чем за три-четыре недели, чтобы вскоре приступить к следующей стопке. И так — несколько месяцев подряд, в течение которых он будет отбирать те произведения и тех авторов, которые позже войдут в список номинантов на крупнейшую отечественную литпремию — «Большая книга».
- Это ведь факт: в этом году в так называемых коротких списках всех крупных литпремий фигурировали одни и те же фамилии. Согласитесь, это повод для разговоров о некоем литературном заговоре.
- Вы поймите: в России существует чудовищное количество премий. Но произведений, заслуживающих серьезного внимания, в год появляется ограниченное число.
В лучшем случае несколько десятков. Поэтому да, безусловно, их так или иначе заметят все: и те, кто готов их премировать, и те, кто на дух не принимает. То, что многие премии — в том числе и существенно противоположные друг другу по установкам, например, «Ясная Поляна» и «Русский Букер» — бывает, включают в список номинантов одних и тех же авторов…
- Пробуете опровергнуть и еще одно обвинение в адрес всех, кто причастен к литературной политике: обвинение в сознательном «зажиме» писателей старой, советской школы?
- Советских писателей с каждый годом становится все меньше — они, увы, умирают. Это — раз. Два — 99 процентов членов советского Союза писателей просто не заслуживают того, чтобы о них вспоминали! Они были порождением номенклатурной системы, умели получать разнообразные социальные блага за свои писания, что, собственно, и было их главным творческим импульсом. Что касается более достойных — если вы зайдете в любой магазин, то увидите немалое количество их книг, изданных сейчас. Те, кто жив еще, часто появляются в телевизоре, проходят их творческие вечера. Так кто их зажимает?!
- Им не дают премии!
- Неправда! Та же «Большая книга» награждала Бориса Васильева, Леонида Зорина, Валентина Распутина — это были премии «За вклад в литературу». Но — более того! — недавно нашу первую премию, то есть именно за актуальную, сегодняшнюю книгу, хочу напомнить, получил Даниил Гранин.
- То есть проблем с литературным наследием сегодня нет?
- Думаю, проблема есть в том, что многие талантливые книги того времени не были пока «увидены заново». Их на время позабыли. Но ведь интересно, что «переоткроют» их, когда придет срок — и это уже происходит — скорее всего, именно на том как бы «либеральном» литературном крыле, которое так яростно критикует Юрий Поляков.
- Существует мнение, что для выхода в топ сегодняшнему писателю непременно нужно выплеснуть на бумагу нелюбовь к своей стране.
- Тоже ерунда! В прошлом году, например, все заговорили о писателе Борисе Екимове и его книге «Осень в Задонье». Произведение стало одним из главных текстов года. А ведь Екимов — последний в России крупный писатель-деревенщик, тот, кого смело можно назвать почвенником. Да, он осмысливает процессы, которые происходили и происходят в деревне. Да, процессы эти часто горестны. Писатель не может просто проходить мимо этого, но можно ли его обвинить в нелюбви к России?!
- Но Екимов — последний такой, сами говорите.
- Видимо, да. По крайней мере, пока. В России развеялся миф, будто именно в деревне идет какая-то такая правильная жизнь, позволяющая припасть к корням и очиститься духом.
К тому же пропало убеждение, что земля — основание всего. Сегодня люди если и едут в деревню, то чтобы на природе пожить и людей вокруг себя видеть поменьше. Смысл ушел из деревенской темы. Ну и потом, даже лучшие писатели-деревенщики, такие как Валентин Распутин или Василий Белов, с определенного времени писать стали как бы голыми идеологическими лозунгами. В чем, возможно, была определенная правда текущего момента, но она вошла в явное противоречие с правдой художественной.
- Теперь в моде и почете — Быков, Улицкая…
- Ну, ими ведь литературный процесс не исчерпывается. Есть же — если брать даже только популярные фигуры — решительно противоположный им по взглядам Захар Прилепин. Есть немало отличных и нейтральных в отношении противопоставления «патриот-либерал» беллетристов.
- И все они лезут в политику!
- Во-первых, далеко не все. Но, кстати, следует учитывать, что крупные писатели, как правило, политике не чужды. Пушкин, Толстой, Достоевский, Бунин, Набоков — все в политику «лезли».
- Писатели делятся не только по взглядам. Авторы из крупных городов отделены от так называемых региональных литераторов, которых, кажется, сегодня никто не замечает.
- Центр всегда в определенной степени вытягивает из регионов таланты. Более того, как только писатель становится настолько интересен, что его начинают печатать центральные издательства, он просто перестает считаться «региональным». Вот вам статистика: из тридцати лауреатов «Большой книги» — две трети родились не в Москве. Возьмем шире: из финалистов этого десятилетия 64 процента — «регионалы».
- Все они, однако, пишут на русском. Почему не награждаются книги на национальных языках?
- «Большая книга» награждает произведения, написанные на русском языке, и авторские переводы с любых других языков. Никто же не мешает той же «Литературной газете» найти хороший текст, номинировать произведение. Однако она этим своим правом ни разу не пользовалась. Почему? Книга Юрия Полякова выдвигалась на премию в самом первом сезоне, но не удостоилась благожелательности экспертов, откуда и его давняя нелюбовь к «Большой книге». А выдвигать каких-либо других писателей «Литературка», наверное, считает ниже своего достоинства. Впрочем, шансы у нее остаются: мы ежегодно до конца февраля принимаем рукописи и книги, любой творческий союз, газета, журнал и так далее могут выдвинуть до пяти работ.
- Есть мнение, что и литературно одаренных писателей нынче стало значительно меньше.
- Многие считают, что это человек, получивший премии. Но премии, скорее, этакий импульс, позволяющий автору стать более известным, поднимающий тиражи. А успех… Ну, во-первых, это когда читатель «голосует рублем».
Лукья ненко, Донцова, Минаев, безусловно, успешные авторы. Но существует успех, и не связанный с коммерческим. На мой взгляд, его признак — когда автор начинает участвовать в «большой» литературной жизни — и, главное, в международной. Однако эти два типа успеха не противоположны. Прилепин, Пелевин, Быков, Улицкая вряд ли могут пожаловаться на невнимание читателя или литературного мира. Можно, разумеется, видеть здесь исключительно некий международный уже сговор. Однако полезнее задуматься о том, что российский писатель способен сказать миру, чтобы стать для него интересным. Потому что новые смыслы, идеи, опыт ценятся сегодня дороже всего.



СПРАВКА
Михаил Бутов родился 2 августа 1964 года в Москве. Окончил Московский электротехнический институт связи.
Первые публикации рассказов в 1992 году в журнале «Новый мир» («К изваянию Пана, играющего на свирели»). Печатался также в журналах «Знамя», «Дружба народов», «Октябрь».
С 1994 года работает в журнале «Новый мир» редактором отдела прозы, заместителем главного редактора. Лауреат Букеровской премии 1999 года за роман «Свобода». Лауреат премии правительства РФ 2015 года в области средств массовой информации — «за большой вклад в развитие отечественной литературы, широкую просветительскую деятельность и поддержку современных авторов». Председатель экспертного совета литературной премии «Большая книга».


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100