На главную страницу Написать нам

Новости премии
СМИ о премии

Литературные новости
Публикации

«СИЛЬНАЯ ЖЕНЩИНА НЕ ПЛАЧЕТ У ОКНА»

Максим Кобзев / «Журналист», 13.05.2016

Дебютный роман казанской писательницы Гузель Яхиной глубоко запал мне в сердце с первых же строчек. Тема раскулачивания татарских крестьян, пусть и не в такой тяжелой форме, но коснулась моей семьи по материнской линии. Поэтому история Зулейхи (неожиданно для меня) стала частью и моей истории.

Тут нет очевидных параллелей с «Тихим Доном» Шолохова, но… Оба романа были написаны достаточно молодыми литераторами о людях и событиях, которые является важной (и трагичной) частью российской истории. Обе книги «втягивают» в себя большое количество разных персонажей, обладающих яркой индивидуальностью, создают «героев нашего времени».

Героиня - маленькая, хрупкая женщина, которая с готовностью кидается на помощь другим и совершенно не ценит себя. На нее наложило глубокий след и ее воспитание, и религиозность, и традиции: «Ну же, Зулейха, мокрая курица, поторопись. Мокрой курицей – жебегян тавык – ее впервые назвала Упыриха. Зулейха не заметила, как через некоторое время и сама стала называть себя так».

Муж, свекровь, даже соседи – все находят повод укорить ее в чем-нибудь. Супруг в упор ее не замечает, а если в нем и просыпается какой-то интерес к ней, то и в этом нет никакой радости. Она не смогла детей уберечь, чего же ждать от такой бабы хорошего!

Но не зря в народе говорят, что «нет худа без добра». Если бы не раскулачивание, то суждено было бы скромной татарской женщине просидеть всю жизнь у чана с пловом и умереть от тоски, одиночества и непонимания.
Она всегда мечтала попасть в Казань… И ей это удалось. Правда цена оказалась неоправданно высокой – мужа нет, все имущество отбирают. После столицы Татарии она оказывается в Сибири среди представителей интеллигенции, монархистов и ссыльных людей, которые вынуждены валить лес – таковы методы «перевоспитания» граждан, неугодных Сталину и его окружению.

Настоящая борьба за выживание – вот на что похож сибирский быт героини. Но ее покорный характер оказывается здесь только на пользу: «Работай, Зулейха, работай. Как там мама говорила? Работа отгоняет печаль».

Гузель Яхина использует интересный прием – она пишет то от третьего лица, то от первого, позволяя читателю знать, что происходит в голове у Зулейхи. Без ее внутренних монологов и воспоминаний произведение бы очень обеднело, не дало бы полной картины происходящего.

Людмила Улицкая назвала эту книгу «любовью в аду». Но под словом «любовь» здесь подразумевается не только отношения между мужчиной и женщиной, но и между матерью и ребенком. Здесь говорится о бесконечной любви к своему делу, о чувстве привязанности к родной земле и окружающим людям.

Жанр этого произведения трудно определить – все здесь смешалось, переплелось и перепуталось. Это и не семейная сага, и не героический эпос, не производственный роман и даже не «Архипелаг ГУЛАГ» от женского лица. Яхиной удалось создать что-то свое, что-то уникальное.

Эта книга не просто очередное повествование об ужасах сталинских репрессий. Она рассказывает о судьбах, о мыслях и надеждах. Это истории любви и предательства, геройства и подлости, поиска себя и обретения мечты.

Название романа не так просто, как может показаться на первый взгляд. Да, Зулейха на самом деле открывает глаза. Но вот чьи? Только ли свои или тех, кто живет и трудится рядом с ней в нечеловеческих условиях? Быть может, что глаза открываются и у нас – простых читателей?..

Я закрываю глаза и вижу их… Зулейху, Юзуфа, художника Иконникова, калеку Авдея, врача Лейбе, рыбака и охотника Луку, Изабеллу, которая ходит в смешной шляпке, и даже Игнатова, который постоянно ведет борьбу с самим собой.

Рад, что «Большая книга» по достоинству оценила этот чудесный роман о татарской женщине с большим сердцем.


   
 
 

© «Центр поддержки отечественной словесности»

Rambler's Top100 Rambler's Top100